логотип
№08 (692) от 21 февраля 2007 г.
 
Web zavtra.ru
Выпускается с 1993 года.
Редактор — А. Проханов.
Обновляется по средам.
  Содержание и PDF всего номера     Архив     Подписка     «День литературы»  

Владимир Овчинский
ВНУТРЕННИЙ МЮНХЕН



     Подкупающая своей откровенностью речь Президента России в Мюнхене о проблемах международной политики требует своего продолжения. Это продолжение логически должно охватывать уже проблемы российские. Нужен "внутренний Мюнхен".

     Победа в предыдущей "холодной войне" была одержана Западом над СССР в основном не на внешнеполитическом фронте, а на внутреннем — экономическом и социальном.

     В качестве оргоружия спецслужбы и идеологические центры Запада использовали довольно простые, но убедительные идеологемы "потребительского общества" и социал-дарвинизма.

     Построение общества потребления любой ценой, наполнение прилавков колбасой для псевдосреднего класса составляло суть шоковых реформ Гайдара. Реализация на практике социал- дарвинизма привела к построению бандитского капитализма в России, катастрофическому обеднению и обвальному вымиранию значительной части населения страны. По обнародованным в феврале с.г. прогнозам ООН, население России к 2025 году должно сократиться на 20%.

     Тысячи западных консультантов — "экономических убийц" — работали и работают до сих пор над воплощением этих идеологем во всех регионах страны.

     Если 10-15 лет назад кто-то начинал говорить о ведущейся экономической и социальной войне против России, ему сразу затыкали рот, вешали ярлык "сумасшедшего конспиролога". Теперь же сами представители Запада, которые и вели эту войну, по сути, являющуюся продолжением "холодной", говорят о своей войне предельно откровенно. Достаточно прочитать книгу Джона Перкинса "Исповедь экономического убийцы" (М., 2005). Этот профессионал цинично описывает основные способы экономических и специальных манипуляций, которые используются США и транснациональными капиталистами (корпоратократией) для достижения своих гегемонистских и глобализационных целей по всему миру, в том числе и в России.

     "Экономические убийцы (ЭУ), — пишет Перкинс, — это высокооплачиваемые профессионалы, которые выманивают у разных государств по всему миру триллионы долларов. Деньги, полученные этими странами от Всемирного банка, Агентства США по международному развитию (USAID) и других, оказывающих "помощь", зарубежных организаций, они перекачивают в сейфы крупнейших корпораций и карманы нескольких богатейших семей, контролирующих мировые природные ресурсы. Они используют такие средства, как мошеннические манипуляции с финансовой отчетностью, подтасовка при выборах, взятки, вымогательство, секс и убийства. Они играют в старую как мир игру, приобретающую угрожающие размеры сейчас, во времена глобализации".

     Сейчас всё чаще сравнивают поиск Путиным путей выхода из кризиса после дефолта 1998 года с формированием Нового курса Рузвельта после Великой депрессии и банковского коллапса США в 1933 году. По мнению политолога Константина Симонова, Америка 20-х и 30-х мало чем отличалась от лихих 90-х в России. "К началу 30-х, — пишет он, — политическая власть в США постепенно начала переходить в руки мафиозных кланов, с которыми затем и начал борьбу Рузвельт. В России роль основных политических игроков стали брать на себя криминальные структуры, крупные корпорации, а также региональные кланы, активно создававшие "феодальные республики". Собственно, это и было гражданское общество — те же бандитские бригады формировались без всякого вмешательства государства. Наоборот, они активно заполняли пустоты, образовавшиеся после ухода "большого государства". Государство не могло выполнить ни политических, ни экономических функций. И на его месте оказывались криминальные структуры. Не могло собирать налоги — появлялся рэкет. Исчезла судебная система — появилась система авторитетных разборок "по понятиям" ("Известия", 12.02.2007).

     Но отличие между двумя ситуациями всё же есть. И весьма серьезное. В Америке, в отличие от России в 30-х годах, не действовали "экономические убийцы" извне. А в России они играли и продолжают играть свою тщательно отрежиссированную роль.

     Поэтому Путину в окружении внешних и внутренних "экономических убийц" выбрать Новый курс гораздо сложнее, чем Рузвельту.

     Сейчас можно говорить о высшей и заключительной стадии развития новорусского капитализма в России.

     Надо ли было социальные идеалы заменять идеалами потребления?

     В результате этой подмены за последние 17 лет, по расчетам бывшего советника Путина Андрея Илларионова, произведенный ВВП на 0,3% отстает, а вот частное потребление — на 167% превышает показатели 1989 года. Объем инвестиций в нынешнем ВВП составляет всего 35% от уровня 1989 года. В то же время в Китае прямо противоположная тенденция — динамика инвестиционной составляющей ВВП обгоняет потребление. Поэтому Китай двадцать восьмой год подряд сохраняет темпы роста на уровне, близком к 10%.

     Опять же, никто не говорит о том, что повышение уровня потребления внутри страны это — плохо. Те же китайцы на своих последних пленумах КПК поставили вопрос о повышении внутреннего потребления.

     КПСС развалилась и развалила страну, потому что не могла обеспечить элементарный уровень потребления для своего народа. Иными словами, не могла ни накормить, ни одеть, ни обеспечить духовными благами, ни дать проект развития.

     Речь вновь идет не о потреблении как таковом, а о его смыслах и допустимых пределах.

     Общество потребления в том патологическом виде, в котором оно представлено в России, порождает патологическую форму соревнования (заменившего соцсоревнование) — гонку за новыми личными благами, не имеющими никакого рационального смысла.

     И, конечно, прав герой последнего романа Виктора Пелевина, когда пишет, что "духовность" современной русской жизни означает, что здесь главным произво- димым и потребляемым продуктом являются не материальные блага, а понты.

     В свою очередь эта гонка, как в любых соревнованиях, увеличивает разрыв в дистанции между лидерами и аутсайдерами.

     Многие ученые говорят о тенденциях социального разрыва в мире (по данным Института проблем развития ООН, в 2006 году одной десятой самых богатых людей принадлежит 85% мировых активов), но все сходятся к тому, что в наиболее уродливой форме этот социальный разрыв проявляется в России. В то время когда состояние российского губернатора Романа Абрамовича, по данным "Daily Telegraph" (07.12.2006), в прошлом году увеличивалось на 16 млн. долларов в день, по данным центра Левады, доля населения России, испытывающего нехватку денег на покупку еды (а это как раз и есть нищета, доходы ниже прожиточного минимума), в 2006 году составила 13%. Доля тех, кому хватает на еду, но не хватает на одежду, — 35%, а тех, кому хватает на еду и одежду, но не на простую бытовую технику, — 39%.

     Такие диспропорции не могут не влиять и на показатели, характеризующие социальное и биологическое нездоровье общества: Россия занимает 1-е место в мире по коэффициенту убийств на 100 тыс. населения (21), второе место (после Украины) среди "развитых" стран по коэффициенту общей смертности на 1 тыс. жителей — 15,9 (в Канаде, например, этот показатель равен 7,3).

     Видимо, есть что-то патологичное в том, что государство судорожно решает, что делать с миллионами беспризорных детей, наркоманов и алкоголиков. Задают вопрос, где взять деньги на новые ЛТП и их содержание. А в это же время миллиарды нефте-, газо-, металлоденег утекают всевозможными путями из страны на покупки новых яхт, замков, перевозку из страны в страну проституток.

     Никто не призывает опять "взять всё и поделить". Но ведь должны быть пределы роста маразма потребления? Если этих пределов нет, то дальше — ничто, тупик, темнота, затмение, деградация того, что называется российский капитализм.

     Были надежды, что российский капитализм, пройдя через воровство и кровь, станет обретать цивилизованные формы. Такие, например, как в Швеции, Норвегии, Финляндии. Тех странах, где экономический рост сочетается с развитием производства, инвестициями и выравниванием социальных уровней.

     Но при всех позитивных формальных показателях российской экономики, о которых в Давосе рассказывал Западу вице-премьер Дмитрий Медведев, социальный разрыв все увеличивается.

     Были надежды, что у нас появятся свои Биллы Гейтсы, которые будут создавать силиконовые долины, отыскивать лучшие мозги, обеспечивать прорыв в информационной и биотехнологической революции. Но где эти Биллы Гейтсы?

     Были надежды, что даже сев на нефтяные трубы, новые капиталисты будут развивать технологии добычи, переработки сырья, развивать новые месторождения, обеспечивать экологическую безопасность.

     Были надежды, что заживет народ, как в Эмиратах.

     Но вот отрывок из выступления генерального прокурора Юрия Чайки на декабрьском (2006 г.) совместном заседании коллегий прокуратуры и Министерства природных ресурсов по вопросу "О состоянии законности, экологической безопасности и прокурорского надзора в сфере осуществления недропользования предприятиями нефтегазодобывающего комплекса":

     "Предприятиями нефтегазодобывающего комплекса допускается превышение установленных объемов добычи полезных ископаемых, не выполняются требования закона о рекультивации земель. Теряются большие запасы попутно залегающих природных ресурсов, разработка ведется способами, нарушающими правила сохранности недр. Зачастую добыча и транспортировка углеводородного сырья сопровождаются незаконной вырубкой лесов, захоронением отходов бурения. Из-за неудовлетворительного состояния и некачественного обслуживания трубопроводов, ненадлежащего контроля за ними ежегодно происходят тысячи аварий, приводящих к загрязнению огромных по площади территорий и водных акваторий.

     Создается такое впечатление, что в погоне за сверхприбылью руководители предприятий забывают, что они осуществляют свою деятельность на территории нашей Родины, а не на какой-то чужой планете. Что любое негативное воздействие на окружающую среду может повлечь за собой непредсказуемые экологические изменения, которые негативно отразятся на жизни и здоровье населения, на последующих поколениях".

     Были надежды, что монетизация льгот, пенсионная реформа и национальные программы смогут изменить социальную ситуацию.

     Но пока воровство и коррупция в рамках этих реформ и программ перекрывают все какие-либо позитивные итоги (об этом в конце января в своих интервью СМИ рассказали руководители МВД России).

     Были надежды, что государство обуздает бандитский капитализм, перекроет утечку миллиардных капиталов и их распыление в оффшорах. Но государство отменило конфискацию как вид наказания, тем самым сделав невозможным возвращение в страну украденных миллиардов.

     Были надежды, что в этом направлении хоть в чем-то будет наведен порядок.

     Но вот что констатировал в ноябре прошлого года на заседании Правительства России глава Центробанка Сергей Игнатьев: "В результате бездействия финансовых, налоговых и таможенных органов из России ежегодно утекает около 150 млрд. рублей. Столь крупная утечка происходит в результате "очень странных процессов", связанных с налогом на добавленную стоимость (НДС). Российские юридические лица, как правило, с признаками фирм-однодневок, в массовом порядке перечисляют рублевые средства на рублевые счета компаний-нерезидентов, открытые, как правило, в иностранных банках якобы за товары, приобретенные на территории РФ, причем эти суммы, как правило, включают НДС. Фирмы эти, по данным ЦБ, в массе своей зарегистрированы в оффшорных зонах — на Британских Виргинских и Сейшельских островах, в Белизе и т.д., а для проведения таких операций используются банки стран бывшего СССР. Российскими налогоплательщиками они не являются, а потому НДС, перечисляемый им, в бюджет страны никогда не поступает. Паспорт сделки по этим операциям не оформляется, поскольку товар не пересекает границу, и проверить реальность этих операций некому: ни налоговые, ни таможенные органы их не проверяют, несмотря на то, что абсолютное большинство таких сделок фиктивно.

     Истинный масштаб ущерба для бюджета в результате таких операций представить сегодня сложно — по крайней мере данных за 2006 год еще нет ни в одном ведомстве, однако есть показатели 2005 года, которые у руководства ЦБ вызывают ужас. Только за 9 месяцев прошлого года таких платежей было осуществлено на 1 трлн. руб., почти все они содержали НДС, и таким образом, объем недополученных средств только по одному виду операций и только за столь короткий период составил около 150 млрд. руб.

     Сложившуюся ситуацию можно назвать "фантасмагорией", поскольку ЦБ вынужден лишь констатировать факт, не имея возможности его исправить. Очевидно, что в данной ситуации должны работать правоохранительные органы, однако "дырка в налоговом, регистрационном и прочем законодательстве" не позволяет эффективно это делать".

     Схемы, о которых говорилось на заседании Правительства, используют все крупные олигархические структуры. И, главное, ни ЦБ, ни Правительство не знают, что с этим делать (?!).

     То же самое касается и так называемых "серых схем" обналички. На итоговой (за 2006 год) коллегии МВД России помощник Президента России Виктор Иванов, говоря о масштабах теневого финансового оборота, отметил угрожающую динамику роста обналиченных через российскую банковскую систему денежных средств, "который за год составил 28%, в абсолютном выражении — 10 трлн.руб. И это без учета социальных выплат!"

     По мнению Виктора Иванова, все эти средства являются "питательным ресурсом" коррупции и преступности, с другой стороны, служат финансированию "серого импорта".

     Была надежда, что государство нанесет мощный удар по организованной преступности. И руководители МВД страны недавно объявили, что они посчитали всех "воров в законе" и все мафиозные формирования, и держат ситуацию "под контролем".

     Но, в отличие от руководителей МВД России, директор Федеральной таможенной службы Андрей Бельянинов не считает, что ситуация с "ворами в законе" находится под контролем. В интервью "Ведомостям" (25.01.2007) он говорит следующее: "Я не знаю, кого назначить на Брянскую таможню. Нам достоверно известно, что ситуацию там пока контролируют "воры в законе". Мы знаем их имена, фамилии, клички и где они живут. Безусловно, мы будем менять эту ситуацию, но пока люди не хотят на это место идти, понимая, что рискуют, и сознавая, что должны постоянно разрываться между страхом и совестью. Недавно то же самое было на Смоленской таможне. Поймите, это слишком долго складывалось, чтобы можно было разом все изменить, просто сказать: вот мы пришли, сейчас приблизим к границе таможенное оформление, вложим деньги, весьма немалые. Конечно, это правильные векторы, но системы они меняют медленно".

     И это, в свою очередь, тоже означает, что мы переживаем последний этап бандитского капитализма в России.

     Дальше нужен новый проект развития. Нужен Новый российский курс.

     Разработка и реализация такого Нового курса предполагает использование сверхточного оргоружия.

     Сверхточное оргоружие должно перекодировать основные программы развития русского капитализма. Использовать для этого лучшие примеры развития, которые есть и на Западе, и на Востоке.

     Сверхточное оргоружие должно отторгнуть из госсистемы управления внешних и внутренних "экономических убийц", продолжающих играть в социал-дарвинизм и "общество истребления" вместо мобилизации ресурсов для развития военных и гражданских био-, нано- и информтехнологий XXI века.

     Сверхточное оргоружие должно создать щит как для попыток внешнего управления страной, так и для тенденций к изоляционизму, превращения России в "государство-крепость".

     Сверхточное оргоружие предполагает переориентацию уголовной политики, изживание из нее радикал-либерализма. Если экономика может развиваться умеренно либерально, то уголовная политика должна стать умеренно антилиберальной. Без этого превращения капитализм в России останется бандитским, а власть — коррупционной.

     Сверхточное оргоружие должно основываться на объективном и честном анализе ситуации. Так только реанимируется тезис: "жить стало лучше, жить стало веселей" — оргоружие сразу будет давать осечку.